12 сентября 2019 г.

Тени Парфенона: За кулисами искренности (2)


Праздничная утреня подходила к концу и хор, медленно выплетая протяжный узор старинного распева, исполнял стихиру о праведной Анне, которая, будучи «столпом целомудрия», родила Деву Марию, подающую «всем девственным и девства желающим» в дар таковую добродетель. Таис уже утомилась от длинной службы, внимание уплывало и перескакивало на посторонние предметы, и сейчас она задумалась о том, что обещанное девственникам освобождение «от рабства плоти» в реальности вовсе не делает человека свободным. Даже не будучи девственницей, она могла это утверждать с уверенностью, поскольку у нее в жизни были довольно длительные периоды воздержания — очередной продолжался как раз сейчас и длился уже полтора года, после ночи с Севиром. Внутреннее напряжение всё равно так или иначе накапливается, и христианские подвижники, наверное, веками сублимировали его в разные духовные экстазы или выпускали пар через телесные нагрузки. То-то они обматывались веригами, таскали воду к кельям за тридевять земель, морили себя голодом и жаждой, недосыпом и поклонами, всячески «умерщвляя плоть», а она у многих так и не умерщвлялась до самой старости — немудрено! Грешный человек в отсутствие секса может хотя бы время от времени заниматься самоудовлетворением, а благочестивый девственник всю жизнь должен подавлять естественные желания — и ради чего? Таис никогда не могла этого толком понять.

9 сентября 2019 г.

Тени Парфенона: За кулисами искренности (1)


Полдевятого утра Шекер с Дианой уже были в Управлении и рассылали ориентировку на Логофетиса дежурным астиномам и во все системы продажи билетов. Потом пришел Энлюлю, и Хош отвел его к художнику. Астином, угрожавший отправить сестер Ника в бордель, оказался широколицым мужчиной лет сорока — сорока пяти, с густыми бровями и глубоко посаженными темными глазами. Коротко стриженые волосы, довольно высокий лоб, жесткая линия рта, фигурно подстриженная бородка. Шекер сел за компьютер и прогнал портрет по базе работников астиномии, но программа распознавания лиц не нашла никого похожего.

28 августа 2019 г.

Тени Парфенона: «Святая Ариадна» (10)


Когда Анастасия Кастамонити открыла дверь, астиномы увидели синяки у нее на шее и под левым глазом.

— Что с вами случилось? — участливо спросила Диана, когда они представили Стрифна девушке.

26 августа 2019 г.

Тени Парфенона: «Святая Ариадна» (9)


Новость об убийстве священника, который пытался помочь Ирине, потрясла Николая едва ли не больше, чем убийство девушки, но надежда, что теперь-то виновные будут найдены и наказаны, придавала ему сил. Из сопоставления его рассказа с тем, что уже было известно астиномам, стала наконец-то вырисовываться связная картина.

23 августа 2019 г.

Тени Парфенона: «Святая Ариадна» (8)


Таис сидела в храме на задней скамье и меланхолично наблюдала, как уборщица гасит и снимает с подсвечников догоревшие до песка свечи. По окончании вечерни владыка Дионисий объявил, что завтра после литургии состоится отпевание отца Александра, немного рассказал об убитом и призвал верующих «бдеть и молиться, ибо никто из нас не знает ни дня, ни часа, когда Господь призовет нас к себе на суд». Затем митрополит при сослужении духовенства совершил панихиду, на которую остались многие из пришедших на вечерню, в том числе несколько случайных туристов. Таис вспомнила, как напевно и задушевно служил панихиды сам отец Александр, и ей стало совсем грустно. Она стояла возле колонны и тихо плакала, чувствуя, что вместе со слезами утекает и время ее жизни, связанное с Парфеноном. После панихиды священники и прихожане разошлись, теперь по храму снова бродили лишь туристы, а Таис сидела под сводами древнего здания, словно на вокзале в ожидании поезда. Она сказала комиту Хошу, что уйдет с этой работы, но будет продолжать по временам участвовать в церковной жизни, однако теперь в ее голове бродила еще более «злочестивая» мысль: ограничить свои визиты в Парфенон и другие храмы туристическо-эстетическими целями.

19 августа 2019 г.

Тени Парфенона: «Святая Ариадна» (7)


Николай Энлюлю родился и вырос в Ниссе, каппадокийском городишке, не примечательном ничем, кроме памяти об известном отце церкви святом Григории Нисском, бывшем там епископом в четвертом веке, да древней крепости на возвышенности, откуда открывался вид на лысые коричневые холмы и пятиэтажки под красными крышами, среди которых торчали, соревнуясь в высоте, колокольни и минареты. До глубоко провинциальной Ниссы никому не было дела, пока в восьмидесятых годах прошлого века археологи не обнаружили под холмом, на котором стояла крепость, огромный подземный город, а затем в тридцати километрах, у селений Пигади и Крема, нашли еще два, поменьше, соединенных девятикилометровым подземным ходом. Выдолбленные в вулканическом туфе еще до нашей эры и впоследствии расширявшиеся, эти города веками служили убежищами для христиан, которые скрывались там во время вражеских нашествий. Подземные ходы с помещениями разной величины хорошо вентилировались благодаря узким вертикальным шахтам, оканчивающимся колодцами, простирались на пятьдесят метров в глубину и ветвились вширь на огромные площади. Здесь были жилые комнаты, церкви и часовни, хранилища для зерна и продуктов, пекарни и прессы для отжима масла, кухни и трапезные, хлева и конюшни, мастерские и винные погреба, и всё это соединялось сложной системой узких, перекрывавшихся тяжелыми каменными дисками тоннелей — такой город невозможно было захватить. Находка стала сенсацией: раскопки показали, что это самые большие подземные города в мире. Теперь там уже двадцать лет как функционировали музеи, но все три города раскапывали до сих пор, и пока лишь меньшая их часть была доступна для осмотра. Несмотря на предупреждения об опасности, местные подростки и экстремалы постарше пытались самостоятельно исследовать еще не раскопанные ходы, и раз в несколько лет там кто-нибудь пропадал. Нисские дети рассказывали страшные истории о неупокоенных мертвецах, которые по ночам выходят на поверхность, чтобы утащить под землю припозднившегося путника. Появление подземного музея привело к наплыву любопытных, и в Ниссе, помимо строительного, появился лицей по туризму. Родители Николая, люди практичные, хотели, чтобы сын поступил в первый; Ник, еще в школе полюбивший историю и зачитывавшийся сказаниями минувших времен, пошел во второй и окончил его с отличием. Теперь он мог трудиться в турбизнесе, но туризм в Ниссе был не настолько развит, чтобы обеспечить работой всех желающих, и юноша решил попытать счастье в других местах. Он работал гидом в Арианзе, потом в Кесарии Каппадокийской. Перебравшись затем в Кораму, он провел там почти год, водя туристов по пещерным церквам и попутно углубленно изучая историю православной иконописи, когда из дома пришла скорбная весть: отец умер от инфаркта, и мать осталась с тремя дочерьми-школьницами и младшим братом Ника, еще не закончившим учебу в строительном лицее. Несмотря на посильную помощь родственников, семье катастрофически требовались деньги, и Николай подал резюме на сайт «Возможность». Там-то в январе 2012 года его и подцепил Логофетис.

14 августа 2019 г.

Тени Парфенона: «Святая Ариадна» (6)


Вечер упал на город лиловыми тенями, растворяясь в огнях фонарей, вывесок и витрин, сплетаясь с геометрией подсветок. У Дианы давно не было столь приятного рабочего дня. Она побывала в самых знаменитых и красивых православных храмах Афин и в нескольких менее известных, но с оригинальной архитектурой или интересными росписями. Интерьер построенной в шестнадцатом веке церкви Святой Маргариты, например, определенно был вдохновлен живописью Микеланджело и напоминал росписи Сикстинской капеллы. Гид сообщил, что в конце позапрошлого столетия ревнители православия даже призывали соскоблить «неканонические» фрески и расписать церковь заново, в более традиционном стиле, утверждая, что «Христу с такими телесами невозможно молиться». Зато сейчас, после того как императорский дом породнился с итальянцами, церковь стала популярной у верующих.

8 августа 2019 г.

Тени Парфенона: «Святая Ариадна» (5)


Димитрий Логофетис не отличался смелостью — напротив, он с ранних лет считал, что прямота вредна и цели лучше достигать обходными и более гладкими путями. Его отец, правдолюб и борец за справедливость, закончил тем, что после стычки с начальником лишился работы, а спустя год — и самой жизни, в результате скоротечного рака желудка. Димитрию было тогда одиннадцать лет, его сестре Серафиме — семь. Мать после смерти мужа ударилась в религию, стала часто ходить в храм и водить с собой детей, хотя им такое времяпровождение было не по нутру. Однако, если Сима бунтовала, не желала рано вставать, читать «Отче наш» утром и вечером и поститься по средам и пятницам, Димитрий повел себя покладисто: послушно ходил в собор Святого Прокопия, выстаивал службы, причащался и даже со временем, будучи парнем высоким и ладным, по приглашению настоятеля стал носить свечу на великом входе и прислуживать в алтаре. Мать умилялась: какая честь для сына! Мальчика же занимало вовсе не богослужение: он присматривался к нравам клира, наблюдал за духовенством и увиденное запоминал и осмысливал, ни с кем не делясь выводами. Впрочем, спустя четыре года духовной жизни Клавдия Логофети познакомилась в конструкторском бюро, где работала, с одним холостяком, и ее мысли приняли иное направление. Нового брака из этого, правда, не вышло: бородатый анатолиец, несколько месяцев погрев постель одинокой вдовицы, испарился в неизвестном направлении, как только она заикнулась о женитьбе. После этого Клавдия охладела к церкви, сочтя, что Господь ее обманул: она так молилась о том, чтобы жизнь ее и детей вновь обрела «семейную полноту», а Бог вместо порядочного мужчины послал какого-то прощелыгу! Дети были только рады: наконец-то стало можно не ходить по воскресеньям на литургию и забросить молитвенники. Димитрий, впрочем, продолжал считать себя верующим, но в его сознании вера и молитвенно-постовые практики не имели между собой прямой связи: богослужебные церемонии играют определенную социальную роль, объединяют прихожан, внушают уважение к духовенству… Ну, а в личной жизни вполне можно существовать как нормальный человек! Сима начала стремительно превращаться в «пацанку» и оторву, прогуливала уроки и часто до позднего вечера не появлялась дома. Димитрий предпочитал учиться и окончил школу с хорошими оценками, после чего направил стопы в Анкиру ради учебы на юриста, надеясь в родной город более не возвращаться.

5 августа 2019 г.

Тени Парфенона: «Святая Ариадна» (4)


Когда Хош вышел наружу, у Парфенона шла подготовка к митрополичьей службе: перед входом постелили ковровую дорожку, поверх которой два юных иподиакона торопливо раскладывали круглые коврики-орлецы. Вокруг уже скопился народ: и верующие, и зеваки в шортах и топиках — предупредительные значки на щите при входе в храм гласили, что в таком виде на службу приходить не рекомендуется, но на уличное действо, конечно, смотреть никто не мешал. Китайцы с камерами и ноофонами наизготовку снимали всё подряд. Шекера при виде них всегда разбирало любопытство, куда они потом девают такое несметное количество фотографий и пересматривают ли их когда-нибудь. Статую Богоматери в центре Акрополя украсили гирляндами живых роз, белых и желтовато-розовых. Когда Хош остановился полюбоваться на нее, раздался первый удар колокола.

2 августа 2019 г.

Тени Парфенона: «Святая Ариадна» (3)


Вернувшись в Управление, Хош все-таки написал отчет, затем перекусил в «Трех Мойрах» и позвонил в митрополичий дом. Выяснив, что Логофетис сейчас там, комит попросил секретаря передать казначею, чтобы дожидался его. Отец Евфимий ответил, что Димитрий никуда и не уйдет сейчас, поскольку нынешним вечером в храме праздничная служба. Удачно! Пришла пора поговорить с Логофетисом о «Святой Ариадне».

31 июля 2019 г.

Тени Парфенона: «Святая Ариадна» (2)


— Думаешь, это убийство как-то связано с делом Зестоса? — спросил Стрифн, когда Хош вкратце рассказал, как турагентство попало в поле его зрения.

— Не знаю. Убитая просто могла заказывать у них экскурсии, с ее интересами это сходится. В деле Зестоса чувствуется рука профи, а здесь… не сказал бы. Судя по тому, что девушку жестоко избили, похоже скорее на что-то личное. К тому же учредители «Святой Ариадны» — поп и казначей Парфенона. Я с ними общался, на бывалых убийц не похожи.

29 июля 2019 г.

Тени Парфенона: «Святая Ариадна» (1)


В субботу утром Шекер поехал в Управление, чтобы без помех написать отчет за неделю работы по делу. Но только он уселся за компьютер, как Фаня прислал свиток с приглашением зайти к нему.

— Я думал, вы сегодня отдыхаете, — сказал Хош, входя в кабинет начальника. После вчерашней прессконференции Динатидис сказал, что надо как можно быстрее закрыть дело Зестоса, пообещав Шекеру с Дианой несколько дополнительных выходных, когда убийцы пойдут под суд. Но Хош не ожидал, что Фаня и себя лишит субботнего отдыха.