Траектория полета совы: Зимние надежды (28)

Ужин длился уже часа два, горячее было почти доедено, а гости достаточно веселы, когда Марго вдруг встала и громко объявила:

— А теперь танцы!

Траектория полета совы: Зимние надежды (27)

«Ну, что он ко мне привязался?» — с тоской подумала Афинаида. С каждой минутой ей становилось в обществе француза все неуютнее, несмотря на то, что он был очень любезен и рассказывал действительно смешные истории, в основном из жизни преподавателей и студентов Сорбонны. То ли дело Марго! Рядом с Королевой она сразу почувствовала себя так хорошо, словно они были давними и близкими друзьями. Марго не только рассказала много интересного про Академию, но и познакомила девушку с некоторыми преподавателями и кое с кем из гостей. Афинаида даже не успевала пугаться и теряться, слыша имена, до сих пор встречавшиеся ей только на обложках научных книг или в оглавлениях сборников и журналов. Она здоровалась, улыбалась, даже умудрялась что-то отвечать на вопросы или комплименты, но в какой-то момент от переизбытка информации и впечатлений почувствовала, что перед ней все словно поплыло. Марго, по-видимому, поняла это, потому что вдруг умолкла, взглянула на девушку и улыбнулась:

Траектория полета совы: Зимние надежды (26)

Банкет в честь дня рождения ректора проходил, как всегда, в парадной столовой Академии на первом этаже. Пока готовили столы, гости собирались в соседней зале, где обычно проходили выпускные вечера, а несколько раз в год давались академические балы. Была суббота, и народу в этот раз собралось больше, чем обычно — помимо сотрудников Академии, прибыли и те друзья великого ритора, которые далеко не каждый год имели возможность поздравить его лично. Праздничный ужин должен был начаться в шесть вечера, но уже к половине пятого основная часть приглашенных была в сборе. Поздравив виновника торжества и вручив подарки, одни гости уступали место другим, расходясь по залу, образовывая группы и весело общаясь — такие вечера давали возможность встретиться в неформальной обстановке многим из тех, кого в другое время было не поймать в каких-то других местах, кроме конференций. Иные почтенные ученые мужи, впрочем, приезжали не только и даже не столько ради ректора, но чтобы пообщаться с «Королевой Марго», на что Киннам, разумеется, был нисколько не в обиде.

Траектория полета совы: Осенние ветры (11)

Афинаида сидела перед исписанным с обеих сторон листом бумаги, грызла ручку, поглядывала на сидевших впереди трех экзаменаторов и раздумывала, идти ли ей уже отвечать — получается, самой первой — или подождать еще. Наконец, в очередной раз подняв глаза, она встретилась взглядом с преподавательницей, которая с самого начала поразила ее своим видом: очень пожилая, совершенно седая, худая, сухощавая, в черном костюме и ярко-желтой блузке; нос с горбинкой, тонкие губы, смугловатая кожа, большие темные глаза, так и сверкавшие из-под густых бровей, — и при этом поистине королевская стать; в ней ощущалось внутреннее благородство, и в то же время ее острый взгляд поневоле заставил Афинаиду поежиться. И вдруг эта «королева» улыбнулась и сказала:

— Вы, я вижу готовы? Так подходите, не бойтесь, вас тут не съедят! Хоть византийская литература кому-то и может показаться лабиринтом, но мы все же не минотавры!