10 мая 2016 г.

Восточный экспресс: Венец Востока (1)



Самолет приземлился в Антиохии полпервого, а в третьем часу Севир с Дарьей и детьми уже входили в особняк на берегу Оронта. В аэропорту их встречал на машине Роман Ставрос — высокий седой мужчина крепкого сложения, ширококостный и круглолицый; Севир явно был больше похож на мать, чем на отца. Будущий свекор обнял Дарью, расцеловав в обе щеки, познакомился с детьми, поднял на руки Проню, посмотрел на сына и сказал с улыбкой:

— У тебя, Сев, все не как у людей: то двадцать лет один, как сыч, а то сразу и жена, и столько детей!

— И останавливаться на достигнутом я не собираюсь, — уверил его Алхимик. — Мы еще должны родить девочку, которая станет балериной!

Дарья чуть смущенно заулыбалась, отец одобрительно похлопал Севира по плечу, и они принялись грузить вещи в машину — черную красавицу «геру» новой модели компании «Тесла», электромобиль. Места внутри было более чем достаточно, да еще багажник на крыше, и опасения Дарьи насчет того, как они с вещами поместятся все в одну машину, оказались напрасными. Севир сел за руль.

— Так это твоя машина? — спросила Дарья.

— Его! — ответил за сына Роман. — У нас с матерью попроще, мы теперь все больше домоседствуем.

Он уселся впереди рядом с сыном, а Дарья с детьми — на заднее сиденье. Максим всю дорогу молчал, с любопытством рассматривал приборную панель — электромобиль был полуавтоматом — следил за дорогой впереди, а иногда поглядывал и на Севира. Дарья тоже: руки Алхимика, лежавшие на руле, смотрелись ужасно соблазнительно, а сам он время от времени улыбался ей, глядя в зеркало заднего вида. Проня и Дора глазели в боковые окна на проносившийся мимо город, то и дело сообщая, чтó видят — правда, у Прони это пока получалось не слишком внятно. Антиохия оказалась очень зеленым городом и, как сообщил Роман, одним из самых экологически чистых на востоке Империи: здесь, как и в Иерусалиме, городские власти проводили замену транспорта на электрический: автобусов и маршруток на бензине тут не было уже года три, а теперь работала программа беспроцентного кредитования для желающих приобрести электромобиль, причем старую автомашину можно было сдать в счет части стоимости новой.


— Хорошо жить на юге! — сказала Дарья. — Вот в Сибири, наверное, на электромобили так просто не перейти — зимы слишком холодные.

— Да, но сейчас уже идет разработка более мощных электродвигателей, — отозвался Севир. — Говорят, через несколько лет можно будет переводить на электричество и грузовые машины. К тому же японцы уже вовсю разрабатывают водородный двигатель…

— Водородный? Это как?

— Электроэнергия вырабатывается в результате реакции водорода и кислорода. А вместо выхлопных газов — водяной пар. Абсолютно экологичный двигатель.

— Вот это да, здóрово!

— Правда, пока у таких двигателей КПД не дотягивает до бензиновых. Но их совершенствование, думаю, дело уже недалекого будущего. В любом случае век нефти на исходе. Но пока «Тойота» еще экспериментирует с водородом, мы все любим «Теслу»! В Москве, кстати, в прошлом году открылся российско-византийский завод по производству электромобилей, русские вроде придумали, как их усовершенствовать для холодного климата. Угадай, как будет называться русская модель?

— Вот уж не знаю! — засмеялась Дарья. — «Москвич»?

— «Ходор»!

— О-о! Ну что ж, эта машинка будет популярна, я думаю!

— А у них ведь этой осенью выборы, — заметил господин Ставрос. — Интересно, кто станет президентом вместо Ходоровского?

— Говорят, их министр просвещения в народе популярнее всего, — ответил Севир. — Забыл его фамилию… Может, он и будет.

— Это который поэт и бывший диссидент, что ли?

— Да.

— Занятные эти русские… Хотя, возможно, так им сейчас лучше всего, после всей этой советской муштры и ужасов.

— Его зовут Александр Снежин, — вмешалась Дарья, — мне он очень нравится! А помните, показывали, как он пел ту песню «Волкодав», когда они в прошлом году наконец-то снесли эту ужасную статую Ленина в Москве? Вся площадь подпевала!

— Да, помню, — кивнул Севир. — Впечатляющее зрелище!

— Это прекрасно, прекрасно, что с советской Московией, наконец, покончено! — воскликнул Роман. — Хотя, конечно, то, что творят англичане в Египте, а египетские террористы у нас, мне очень не нравится! Сев, ты в курсе, что у подрыва твоего экспресса египетский след?

— Да, слыхал. Не хотел бы я быть на месте императора! Чуть что не так рассчитал, приходится расплачиваться чужими жизнями… И даже если вины августа и его советников тут нет, все равно найдутся те, кто будет обвинять его.

— Ну, ему не привыкать, особенно после одиннадцатого года!

— Надеюсь все же, нас не ждет новый бунт, — усмехнулся Севир. — Этот корабль далеко не самый плохой из всех, что плавают по мировому океану, так что не стоит его раскачивать без нужды!

— Да уж, конечно, не Московия! — согласился Роман и обернулся к Дарье. — А вы там не бывали?

— В Московии? Нет, никогда. Я же как раз переехала сюда, когда у них только революция случилась, а с тех пор я из Византии никуда не уезжала, только в свой Хабаровск.

— Теперь-то в Москву вполне можно и съездить, — заметил Алхимик. — Или в Петербург — говорят, красивый город!

— Да, там меньше всего разрушили, чем в Москве, — кивнула Дарья. — Хотя церкви тоже все повзрывали.

— У них там вроде что-то сейчас восстанавливают… — сказал Роман. — А у нас в Антиохии вы впервые?

— Да.

— О, вас ждет море впечатлений!

Наконец, машина, весело бибикнув, въехала в ворота особняка и остановилась на мощеной площадке, а через минуту Дарья уже оказалась в объятиях Мариам, знакомила с ней старших детей, знакомилась сама с Маро, сестрой Севира, ее мужем Ивой и двумя дочерьми-подростками, с домработницей, садовниками и даже местными кошками. Не было только сына Алхимика Йорги — он с друзьями отдыхал на море.

— Вот, Сев! — воскликнула Маро, весело глядя на брата, когда все, наконец, перезнакомились. — Я же говорила, что ты женишься на самой красивой женщине и у тебя будет много-много детей!

— Теперь осталось только катер купить, — рассмеялся Севир. — Но я уже подумал, что с таким семейством лучше яхту.

— Да уж, детей у нас теперь полон дом, — сказала Мариам, оглядывая юное поколение. — Что может быть прекрасней! Ну, пойдемте, у меня уже и чай, и пирожки, все готово. Вещи потом выгрузим, не возитесь сейчас!

— Я отгоню машину к дому, — сказал Роман.

Сев за руль, он уехал по отходившей вправо дороге, а все остальные пошли прямо, по дорожке, вымощенной ассиметричными каменными плитками и окаймленной цветами и травами. У Дарьи разбегались глаза, она то вертела головой, оглядывая сад, то рассматривала своих новых родственников. Впрочем, Мариам с Маро и домработницей Анастасией быстро ушли вперед — видимо, окончательно сервировать стол. Глядя им вслед, Дарья шепнула Севиру на ухо:

— У вас в семье все такие грациозные?

— Это родовое, — улыбнулся Алхимик. — Мать — потомственная танцовщица. Ее предки танцевали при дворе еще в шестнадцатом веке.

— С ума сойти! Не знала, что бывают семьи с такой древней танцевальной традицией…

— Я ведь не зря сказал, что мы должны родить будущую балерину.

— Думаю, у нас получится! А как познакомились твои родители?

— Когда отец учился на третьем курсе, он однажды пошел в театр на «Электру», увидел маму и влюбился. Она тогда еще училась и танцевала эпизодические роли, но он заметил. Пять лет ее добивался и таки добился.

— Трудно ему, наверное, пришлось?

— О да, у нее было море поклонников, да и женщина она с характером. Но отец у меня упрямый, если что задумал, то уж не отступит. Думаю, именно эта настойчивость матери больше всего и понравилась.

Деревья расступились, и они вышли к особняку. Трехэтажный, облицованный светлым камнем, с арочными окнами и причудливо изломанной красночерепичной крышей, окруженный цветущими кустами и клумбами, дом выглядел великолепно. Справа от него продолжался сад, спускаясь к Оронту, слева синела гладь овального бассейна. Нечто подобное Дарья раньше видела только издали, проплывая на кораблике по Босфору мимо вилл столичного бомонда.

«И это теперь мой дом!» — подумала она потрясенно, внезапно осознав, что действительность далеко превзошла ее прежнюю мечту «хоть одним глазом» посмотреть на сад вокруг жилища Алхимика. Она уже знала, что особняк после родителей должен унаследовать Севир; Маро давно жила отдельно, у нее был свой дом недалеко отсюда.

Дора потянула Дарью за руку

— Мама! Это что, мы здесь будем жить?! — спросила она недоверчиво.

— Да, — улыбнулась Дарья, — это наш новый дом.


предыдущее    |||   продолжение
  
оглавление

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Схолия