5 февраля 2016 г.

Траектория полета совы: Осеннее сражение (27)



Заключительное слово соискательницы было кратким, после чего председательствующий объявил о подсчете голосов, и все, кроме членов Совета, покинули зал. Многие уходили совсем, ведь результат голосования был предсказуем. В коридоре к Афинаиде подошли одновременно оба оппонента и наперебой стали хвалить ее, она улыбалась, а сама искала глазами Киннама. Она так и не заметила, что он стоял, прислонившись к стене почти у нее за спиной, скрестив на груди руки, очень задумчивый; один из преподавателей хотел было подойти к нему, но, поглядев на ректора внимательней, передумал. Вскоре их пригласили обратно в зал, и объявили результат голосования: степень доктора наук была присуждена госпоже Стефанити единогласно, прозвучали официальные поздравления, было заполнено, подписано и вручено свидетельство о присуждении степени, и, наконец, всем разрешили расходиться. Небольшой праздничный ужин должен был начаться через четверть часа в парадной столовой на первом этаже — стол уже давно был готов, ведь никто не ожидал, что защита так затянется.

Когда все поднялись с мест, виновница торжества сразу подошла к великому ритору.

— Поздравляю вас, Афинаида! — сказал он с улыбкой. — Вы с честью выдержали испытание! На моей памяти у нас ни разу не было подобной защиты.

— Значит, вы знали, что так будет? — наконец, задала она мучивший ее вопрос. — Весь этот… допрос! Вы знали?

Она смотрела ему в лицо, хотела заглянуть в глаза, но его взгляд был направлен мимо нее.

— Да, я был уверен, что так будет.

— Но почему?!

Киннам усмехнулся.

— Женщин только иногда бывает сложно понять.

Афинаида думала спросить, что он имеет в виду, но тут подошел Василий Кустас и улыбаясь, воскликнул:

— Поздравляю вас! Афинаида, вы были великолепны! Феодор, ты можешь гордиться ею! Давно я не слышал такой защиты и не видел подобного зрелища, я получил истинное наслаждение. Конечно, для вас обоих это было большим испытанием, но тем слаще завоеванный плод! Искренне поздравляю вас и желаю, чтобы ваше сотрудничество и дальше было столь же и еще более плодотворным!

Афинаида с улыбкой слушала профессора. «Какой же он все-таки хороший!» — подумала она, вспомнив, как и в самую первую их встречу в кабинете великого ритора Кустас сразу отнесся к ней с симпатией, хотя она тогда вела себя как последняя дура, даже слова не могла выговорить…

После Кустаса к ним стали подходить другие сотрудники Академии — и знакомые, и незнакомые Афинаиде: все поздравляли ее и выражали восхищение, она даже разрумянилась от удовольствия. Поздравляли и Киннама, он тоже улыбался, но почти ничего не говорил, предоставив Афинаиде отвечать на комплименты — и она отвечала, легко и непринужденно, даже шутила.

Из женщин к ней подошла только Марго.

— Ну, поздравляю, детка! — сказала она. — Злые гарпии как налетели, так и канули обратно в тартар, хе-хе! Несладко тебе пришлось, но ничего, зато теперь-то ты закалена, никакие бури не страшны, по крайней мере со стороны дочерей Евы, — Марго взглянула на Киннама. — Ты, Феодор, вырастил цветок на славу! Но смотри, не обижай ее!

— Постараюсь, — тихо ответил великий ритор, и у Афинаиды вдруг все затрепетало внутри.

Она уже повернулась к нему, чтобы все-таки спросить, что означала фраза о женщинах, но тут на них налетел вихрь в виде Марии.

— Ида, я тебя поздравляю, ты гений! Ты настоящая героиня… богиня! Сама Афина спасовала бы пред тобой! Господин Киннам, я в восторге! Господи, как же вы оба все это вынесли?! Ида, я бы умерла, если б у меня случилась такая защита! Знаешь, сколько тебе задали вопросов? Семьдесят два! Я считала! Семьдесят два, это что-то неслыханное! Ты настоящая воительница! Я непременно подарю тебе сову! Ну, дай я тебя поцелую… Господи, как же я рада за тебя!

Киннам и Марго с улыбкой переглянулись.

— Ладно, мы пойдем в сторону банкета, — сказала Королева, — а вы, девочки, догоняйте нас! — и, взяв великого ритора за локоть, она увлекла его к дверям.

Мария посмотрела им вслед и, оглядев почти опустевший зал, сказала, понизив голос до шепота:

— Ну, а теперь признавайся, подруга: как тебе это удалось? Ты, конечно, стала красавицей, это да, но за ним таскались бабы и пошикарнее… Как у тебя это вышло, Идка, а ну, рассказывай!

— Ты о чем, Мари? — Афинаида глядела на нее с недоумением.

— Слушай, не прикидывайся! — Мария чуть не топнула ногой. — Как тебе удалось охмурить Киннама, я спрашиваю! Это же будет покруче, чем твоя защита!

Афинаида густо покраснела и проговорила, запинаясь:

— Мари, я не… не понимаю… Я вовсе не… Не смей об этом говорить! Мы с ним общались только по науке! Я для него только аспирантка и ничего больше!

— Ну, И-ида! — Мария возвела глаза к потолку. — Я бы тебе поверила еще вчера, но теперь, после такой защиты, когда на тебя набросились все эти бабы?! Уволь, не поверю, что он к тебе равнодушен!

Афинаида растерялась. «Женщин только иногда бывает сложно понять». Значит, он именно это имел в виду?!..

— Послушай, Мари, это… Ты, может, отчасти и права, но… при чем тут он? Все эти женщины могут что угодно думать, но он-то никогда… Если б он ко мне питал… такие чувства… я бы заметила!

— Ты-то? — насмешливо сказала Мария. — Да ты сама себя-то боишься заметить, Ида! Хоть ты внешне теперь другая стала, внутри у тебя еще много что по-старому… Знаешь, я все хотела тебе сказать, да думала — еще обидишься… Но теперь скажу: ты как будто много лет в тюрьме сидела со строгим режимом, где все запрещалось — разговаривать сколько хочешь, есть и пить вволю, книжки читать, гулять где угодно, вообще любая свобода была под запретом, а за каждое нарушение — палкой по башке… А теперь ты вышла из тюрьмы, а все ведешь себя так, будто за каждый шаг влево-вправо, можно по башке получить, все время словно озираешься… Где тебя так сделали, подруга?

Афинаида помолчала несколько мгновений и вздохнула.

— Знаешь, Мари, это долгая история… и невеселая. Потом как-нибудь расскажу.

— Да уж конечно, не сегодня! Сегодня надо праздновать и веселиться! — Мария улыбнулась. — Не бери в голову! Извини, что я так… Сегодня не тот день! — она опять зашептала. — Просто я хотела тебе сказать насчет Киннама, что если ты чего-то не видишь, так это потому, что ты вообще простушка неопытная! А бабы-то видят! Стали бы они тебя так валить, если б ничего не заподозрили!


оглавление —————


Комментариев нет:

Отправить комментарий

Схолия